Листья в Королевстве Глава 45 уже начали меняться, как будто кто-то потряс огромной коробкой с красками — жёлтые, оранжевые, багряные кружились в воздухе, шурша, словно письма от осени.
— Опять запуталась! — фыркнула Мимоза, девочка с косичками, которые торчали, как антенны у весёлого жука. Она стояла посреди тропинки, вымощенной листьями, что меняли направление, как будто решали, куда им хочется упасть.
— Эй, ты куда? — крикнула она одному особенно упрямому кленовому листу, который закрутился вокруг неё три раза и прилепился прямо на нос.
— Это же Дорога из Листьев Осени! — донеслось сверху. — Ты должна пройти её правильно, а не топать, как слонёнок на батуте!
— Кто это сказал? — Мимоза огляделась.
— Я! — пискнул лист, но тут же рассыпался в пыль. А сверху, с ветки старого рябины, спрыгнул маленький воробышек в очках из паутины.
— Зови меня Пётр Петрович Перепёлкин-второй, почётный наблюдатель за сезонными переходами и главный знаток запутанных путей.
— Ух ты, — хмыкнула Мимоза. — А почему ты такой… крошечный?
— А ты видела крупных воробьёв? — фыркнул тот. — Они только в мультиках. А я настоящий. И знаю, что ты идёшь за Семеном Семенычем.
— Точно! — глаза Мимозы загорелись. — Он потерял свой самый тёплый шарф, и теперь в королевстве стало холодать даже под солнцем! Его нужно вернуть до заката, иначе зима придёт раньше срока!
— Ну тогда быстро! — чирикнул Пётр Петрович. — Дорога меняется каждые пять минут. И если ошибёшься — окажешься в Зазеркальной Глуши, где все говорят задом наперёд, а обед едят перед завтраком.
— Фу, — сказала Мимоза. — А можно просто перепрыгнуть?
— Нельзя. Это не лужа. Это магия. Слушай листья. Они шепчут.
И правда, когда Мимоза прислушалась, услышала:
— Ш-ш-ш… лево… ш-ш-ш… право… ш-ш-ш… ни шагу назад…
Она осторожно ступила на жёлтый лист — он мягко прогнулся, как матрац, и покатился вперёд, как эскалатор.
— Ух ты! — засмеялась она. — Как на карусели!
Но вдруг дорога резко повернула вверх, и Мимоза оказалась на стене!
— Эй! Я не муха! — взвизгнула она, цепляясь за лист, который тут же стал липким, как жевательная резинка.
— Не паникуй! — крикнул Пётр Петрович, кружась над ней. — Просто скажи: «Листик, друг, помоги мне чуть-чуть!»
— Листик, друг, помоги мне чуть-чуть! — выпалила Мимоза.
Лист тут же отклеился, мягко опустил её на землю и даже поклонился.
— Вежливость работает лучше, чем крик, — важно заметил воробей. — Особенно с природой.
Дальше путь стал ещё интереснее. Тропинка превратилась в лабиринт из листьев, каждый из которых предлагал свой путь.
— Куда? — растерялась Мимоза.
— Смотри на те, что светятся! — подсказал Пётр Петрович. — Только самые честные листья светятся. Остальные — просто хвастуны.
Она выбрала светящийся клён, и тот понёс её вперёд, как на лифте. Но вдруг дорога оборвалась.
Перед ними был Ручеёк-Вредина — не шире ладони, но очень гордый.
— Хочешь пройти? — прошепелявил ручеёк. — Отгадай загадку! Или прыгни! Но если промахнёшься — унесу тебя к болотным бабкам!
— Я не хочу к бабкам! — воскликнула Мимоза. — Они моют всех пеной «Снежок», а я аллергик на пену!
— Тогда слушай: «Без рук, без ног, а в гору идёт. Что это?»
Мимоза задумалась. Пётр Петрович почесал клюв.
— Это… пар? — предположила она.
— Нет!
— Дым?
— Нет!
— Может, мечта? — неуверенно сказала Мимоза. — Мечта ведь может взлететь куда угодно!
Ручеёк замер. Потом захихикал, забулькал и расступился, образуя мостики из пузырей.
— Ты первая, кто ответил не по книге! Проходи! И возьми вот это — для тепла.
Из воды выскочил маленький пузырь-огонёк, тёплый, как грелка, и прилип к рукаву Мимозы.
— Спасибо! — улыбнулась она. — Ты не такой уж вредина!
— Ну, я стараюсь, — пробурчал ручеёк и убежал под камень.
Наконец, за поворотом из дубовых листьев, они увидели его — Семена Семеныча, великого хранителя времён года, седого, как иней, но с добрыми глазами, как два солнышка в декабре.
Он сидел на пне и грустно смотрел на свои руки.
— Шарф… мой тёплый шарф… — вздыхал он. — Без него я не могу согреть закаты…
— Мы нашли путь! — крикнула Мимоза, выбегая вперёд. — И принесли тебе… ну, почти шарф!
— Что? — удивился Семен Семеныч.
Тут все листья на тропинке вдруг поднялись в воздух и закружились, как танцоры. Они соединились, переплелись, и из них родился огромный, пушистый, переливающийся всеми оттенками осени — новый шарф!
— Это вы сделали? — спросил старик, растроганно.
— Это мы вместе! — сказала Мимоза. — Я, Пётр Петрович, ручеёк, листья… и даже один клён, который дважды пытался укусить меня за косичку.
— Ха-ха! — засмеялся Семен Семеныч. — Вот оно, настоящее тепло! Не из шерсти, а из доброты!
Он повязал шарф, и сразу стало теплее. Солнце удлинило луч, чтобы погреть прощальную тень Мимозы.
— А как мне вернуться домой? — спросила она.
— А ты уже дома, — улыбнулся старик. — Ведь ты стала частью этой дороги. Теперь, когда ты увидишь падающий лист — знай, он тебе подмигивает.
Пётр Петрович сел ей на плечо.
— Полетели? Я знаю короткий путь — через облако в форме медведя. Он, правда, немного чихает, но зато бесплатно!
— Ура! — закричала Мимоза. 🎉
И они улетели, оставив за собой шуршащий след из золотых листьев, которые тихо шептали:
— Спасибо… спасибо… спасибо…
