Кап-кап-кап! Капельки стучали в окошко Маши, как будто кто-то пальчиком по стеклу барабанил. Маша открыла глаза и сразу поняла — это не дождь. Это зов.
Зов из Королевства Звуков Дождя.
Она вскочила с кровати, натянула резиновые сапоги (они были в виде лягушат) и выбежала на улицу. А там — ни туч, ни ветра, только воздух был наполнен тихим перезвоном, будто кто-то трясёт крошечными колокольчиками за облаками.
— Пли-линь! — раздалось над ухом.
Маша обернулась и увидела… маленького ежа, который катился прямо по луже, но не мок, а оставлял за собой след из серебристых брызг-звёздочек.
— Привет! — сказала Маша. — Ты вообще не боишься воды?
— Пли-линь! — ответил ёжик, потом чихнул: — Апчхи-зынь! Извини, это мой язык. Я Зынь. Из королевства. Нам нужна помощь!
— Какого королевства?
— Звуков Дождя! Где каждый каплей можно сыграть мелодию, где реки поют колыбельные, а гроза — это просто хор под управлением дирижёра-молнии.
— Круто! — воскликнула Маша. — А что случилось?
— Всё стихло, — вздохнул Зынь. — Королева Звука пропала. И теперь даже дождик не может запеть. Только шлёпает, как старый тапок.
— Ну это же ужас! — сказала Маша, хотя тапок ей показался смешным. — Что делать?
— Надо найти три ключа-звука: Шурш, Плюх и Трень. Без них не открыть Дверь из Облаков.
— Поехали!
Зынь помотал иголками: — Сначала надо попасть на Луг Шумящих Трав. Там живёт старый кузнечик по имени Шурш. Он знает всё, потому что целыми днями стрекочет и слышит, как земля дышит.
Они побежали сквозь сад, где яблони тихо покачивали ветвями, словно пытались вспомнить, как пели раньше. На лугу было странно тихо. Ни жужжания, ни пения. Только ветер шептал: «Скучаю…»
Вдруг из травы выскочил кузнечик размером с подушку. Его ноги сверкали, как пружинки.
— Ш-ш-ш-шшшш! — сказал он.
— Это он говорит «здравствуйте», — прошептал Зынь.
— Здравствуй, Шурш! — сказала Маша. — Мы ищем звук, чтобы спасти королевство!
Кузнечик задумался. Потом издал длинный звук: Шшш-шш-шшш-шшшшшш!
— Он говорит, — перевёл Зынь, — что ты должна сначала услышать тишину. Потому что без тишины звук — как суп без картошки.
— Ого, — сказала Маша и села на траву. Закрыла глаза.
И вдруг… она услышала, как дышит цветок. Как ползёт муравей. Как внутри семечка просыпается росток. А потом — далёкий звук: шурш-шурш.
— Я слышу! — закричала она. — Это он!
Кузнечик радостно подпрыгнул и подарил ей крохотную зелёную скрипочку, которая играла сама, когда её держишь в руках.
— Первый ключ у нас! — сказал Зынь.
— Ура! — сказала Маша и тут же провалилась в яму.
— Ой! — пискнула она, падая в мягкую, пушистую тьму.
— Это не яма, — раздался голос сверху. — Это мой дом. Я — Булка. Барсук. Почти.
Маша выбралась и увидела барсука в очках и шляпе из листьев.
— Почему «почти»? — спросила она.
— Потому что я люблю пирожные, а не мёд. И ещё я умею плакать радугой.
— Серьёзно?
— Ню-ню-ню! — заплакал Булка, и из глаз у него потекли капельки всех цветов. Они падали на землю и превращались в маленькие грибы-барабанчики.
— Ой, извини, — сказал Булка. — Это от счастья. Вы пришли за Плюхом?
— Да! — сказала Маша.
— Он в болоте. Но там живёт Квакус. Он не злой, просто очень громкий. Когда он квакает, все забывают, как дышать.
— А если мы принесём ему что-то вкусное? — предложила Маша.
— У меня есть пирожное с капустой! — гордо сказал Булка.
Через пять минут они стояли на кочке, а перед ними возвышался лягушкарь с голосом, как у трубы на пожарной машине.
— КВА-А-А-АК! — прогремело над болотом.
Маша чуть не упала. Зынь закрыл уши лапками.
— Мы принесли тебе пирожное! — крикнула Маша.
— Квак? — удивился Квакус. — С капустой? Люблю!
Он съел пирожное одним прыжком и тут же стал вдвое меньше. Оказалось, он такой большой от обиды — его никто не слушал, только кричал: «Тише!»
— Я просто хотел, чтобы меня услышали, — пробормотал он. — Я ведь тоже могу петь.
— Давай вместе! — сказала Маша.
Она достала зелёную скрипочку, Зынь заиграл на своих иголках, Булка захлопал в ладоши, а Квакус… запел. Не «ква», а настоящую, тёплую песню, как будто дождь танцевал на листьях.
Из болота вдруг поднялся фонтан серебряных капель, и одна из них, большая и светящаяся, упала прямо в руки Маши.
— Плюх! — сказала капля и стала мягким, как мармелад, ключом.
— Два ключа! — закричал Зынь. — Остался последний — Трень!
Он прячется в Облачном Храме, на вершине Горы-Подушки.
Добрались они на спине у старого облачного черепаха по имени Пар. Он двигался медленно, зато пел такие красивые песни, что время летело незаметно.
На вершине стоял храм из белого тумана. Внутри — тишина. И голос:
— Чтобы получить Трень, ты должна сказать правду. Не ту, что знаешь, а ту, что чувствуешь.
Маша задумалась.
— Я… я боюсь, что если я не справлюсь, то вы все исчезнете. И мир станет тихим. И мне будет одиноко.
Воздух дрогнул. Из тумана выплыл маленький колокольчик, который звенел, как утренний звон будильника, только приятно.
— Трень! — сказал он.
Три ключа соединились в воздухе и образовали дугу, как радуга из звуков. Дверь из облаков раскрылась.
За ней — город, где дома были сделаны из эха, фонари зажигались хлопком в ладоши, а дети играли на деревьях-гитарах.
А посередине сидела Королева Звука — она была вся из света и капель, и пела так, что сердце начинало биться в такт.
— Спасибо, — сказала она. — Я не пропала. Я просто замолчала, потому что никто не слушал. А ты услышала. И помогла другим тоже услышать.
Маша улыбнулась.
— А можно я буду приходить сюда? Хоть раз в неделю?
— Конечно, — сказала королева. — Просто прислушайся к дождю. И пой.
На следующий день шёл обычный дождь. Но Маша вышла во двор, сняла сапоги и начала петь. И вдруг — капли запели в ответ.
— Кап-пли-линь! — послышалось из лужи.
Маша засмеялась. 🌈🎶🌧️
