На рассвете, когда туман ещё лениво полз по лугам, как старый кот по подоконнику, Солнце проснулось с особенно добрым настроением. 🌞
— Сегодня я хочу сделать что-то особенное, — прошептало оно себе, растягивая лучи в улыбке. — Что если… я просто… поцелую цветы?
И не успело последнее слово вылететь из его золотистых губ, как первый луч скользнул вниз, прямо к спящему васильку. Плюх! Лучик коснулся лепестка — и тот сразу расправил синие крылышки, как будто кто-то шепнул: «Ты красивый».
— Ой! — вскрикнул василёк, потирая лепесток. — Кто это меня пощекотал?
— Это я! — раздался голос сверху. — Я тебя поцеловал! Доброе утро!
— Солнце?! — ахнул василёк. — Ты… целовал меня?!
— Ну да! А что тут такого? — удивилось Солнце. — Я каждый день вас грею, освещаю, помогаю расти… Почему бы и не поцеловать?
Василёк покраснел так, что чуть не стал фиолетовым.
— Эй, вы! — закричал он соседям. — Солнце только что меня поцеловало!
— Врун! — фырнула ромашка. — Солнце не целует! Оно светит. И всё.
— А вот и нет! — обиделся василёк. — У меня даже мурашки на лепестках!
— Мурашки? — хмыкнул одуванчик. — Да это ты от росы дрожишь, батенька.
Солнце вздохнуло. Оно хотело добра, а его не верят!
— Ладно, — сказало оно. — Докажу.
Оно аккуратно вытянуло самый мягкий, самый золотой лучик и, как пушинка, опустило его на лепесток ромашки.
Плюх!
Ромашка замерла. Потом медленно, очень медленно, раскрыла все свои белые лепестки, как будто проснулась от самого сладкого сна.
— Ого… — прошептала она. — Это было… как смех бабушки. И как тёплый хлеб. И как первый шаг весны.
— Видишь?! — закричал василёк. — Я же говорил!
Но тут из-под камня высунулся Морщинистый Мох, самый старый житель поляны.
— Ха! — прохрипел он. — Целует, говорит! Да ты просто перегрелся, Солнце! От любви до головокружения один луч!
— Но я действительно хотел быть добрым! — возразило Солнце.
— Добрым? — фыркнул Мох. — А кто каждый день палит мои мшистые щёки? Кто заставляет меня прятаться под камнями, как мышь от кошки?
— Я не хотел тебя обижать! — сказало Солнце. — Я думал, тебе нравится тепло…
— Тепло — да, — проворчал Мох. — А вот когда ты начинаешь палить, как печка в бане — это уже перебор!
Солнце задумалось. Оно ведь правда любит всех. Но, может, любовь надо делить поровну? Как пирог?
— Нужно научиться целовать правильно, — решило оно.
И тут с дерева слетел маленький воробей по имени Чирик-Пырчик.
— Эй, Солнце! — закричал он, трепыхая крыльями. — Хочешь, я научу тебя целоваться по-птичьи?
— По-птичьи? — удивилось Солнце.
— Ну да! Мы, воробьи, знаем толк в поцелуях! Особенно когда кормим птенцов. Главное — быстро, тепло и с писком!
— Пи-си-ик! — чирикнул он и клюнул Солнце в луч.
— Ой! — воскликнуло Солнце. — Это больше похоже на щипок!
— Ага! — гордо сказал Чирик-Пырчик. — Так и должно быть!
— Не подходит, — вздохнуло Солнце. — Мне нужно что-то мягкое. Как пух. Как сон. Как первый снег.
Тут из травы выползла Улитка по имени Пулька.
— Я знаю, как надо! — прошелестела она. — Целоваться — это медленно. Очень медленно. Почти незаметно.
Она подползла к одуванчику и… прижалась к нему своим холодным лобиком.
— Фу! — отшатнулся одуванчик. — Это не поцелуй, это… слизь!
Пулька обиделась и уползла под лист, бормоча: «Не appreciate…»
Солнце стало грустить. Хотело сделать добро, а получается только смешно или странно.
— Может, лучше просто светить?..
Но тут с неба спустился Ветер — шаловливый, пушистый, как щенок.
— Эй, Золотой! — крикнул он. — Ты чего грустишь?
— Никто не верит, что я могу целовать, — вздохнуло Солнце. — Все думают, что я только палю и пеку.
— А ты не пытайся быть как все, — сказал Ветер. — Ты — Солнце. Твоя любовь — не клюв и не лобик. Она — свет. Просто свети с любовью.
Солнце задумалось.
— А если я буду светить… как поцелуй?
— Вот именно! — закружился Ветер. — Не торопись. Не дави. Просто коснись. Нежно. Как мама ладошкой.
Солнце глубоко вдохнуло (хотя у него нет лёгких, но зато есть сердце из пламени) и… начало светить.
Но не как обычно — просто ради света. А как будто каждым лучом шептало: «Я тебя вижу. Я тебя люблю. Ты важен».
Первый луч — на василёк. Лёгкий, тёплый, как объятие.
Василёк закрыл глаза и прошептал: «Спасибо».
Второй — на ромашку. Мягкий, золотистый, как пух одуванчика.
Ромашка засмеялась: «Ой, щекотно!»
Третий — на мох. Не жаркий, а тёплый, как одеяло.
Мох вздрогнул. Потом медленно, очень медленно, распустил свои зелёные кудряшки.
— Ой… — пробормотал он. — А это… приятно.
— Правда? — обрадовалось Солнце.
— Ну… не то чтобы я признаю твои поцелуи… — пробурчал Мох. — Но… можно повторить завтра.
Цветы засмеялись. Ветер запел. Чирик-Пырчик сделал сальто в воздухе. Пулька высунулась из-под листа и сказала: «А я всегда знала, что ты добрый».
С тех пор каждое утро Солнце не просто светит.
Оно целует.
Каждый луч — как нежное «доброе утро», как ласковое «ты мне нужен», как тихое «я рядом».
И если ты когда-нибудь стоял в поле ранним утром и чувствовал, как солнечный свет гладит твоё лицо — знай: это не просто свет.
Это поцелуй.
🌞💛🌼
