Звёздочка Алиса, упавшая с неба в лесную опушку прошлой зимой, теперь жила в старом дупле могучего дуба по имени Пенька. Она светилась мягко, как тёплый чай в кружке, и помогала всем: муравьям находить тропинки, ёжику Витюне не спотыкаться ночью и даже сове Мудриге читать книжки без очков.
Но однажды утром её свет стал меркнуть — словно кто-то прикрыл фонарь пальто.
— Ой-ой-ой! — пискнула Алиса, глядя на свои руки-лучики. — Я будто забыла, как светиться!
И правда, вместо золотистого сияния из пальцев вылетали только слабые искорки, как от мокрых хлопушек.
— Надо срочно найти Лесной Фонарик, — прошептал ветерок, проскользнув сквозь листву. — Только он знает, как вернуть свет тем, кто его потерял.
— Где он? — спросила Алиса, подпрыгивая от волнения (хотя звёзды обычно не прыгают).
— Где-то за Туманными Кочками, за Скрежещущим Болотом, за Лабиринтом Шиповника…
— Ух ты, — пробормотала Алиса. — Это же как тридцать раз вокруг озера!
— И ещё два круга задом наперёд, — добавил ветерок и хихикнул.
Алиса собрала в рюкзачек из паутинки: кусочек радуги на случай дождя, горсть смеха бабочки (чтобы не грустить), и одну запасную искру — на самый крайний случай.
— Я иду! — объявила она и шагнула в чащу.
Первым испытанием были Туманные Кочки. Они дышали паром, как чайник, и шептали:
— Кто ты такая? Звезда или просто блестка?
— Я — Алиса! — чётко сказала звёздочка. — И я не блестка, я — свет!
Кочки фыркнули и расступились, но одна особенно шаловливая плюхнулась прямо под ногу.
— Бульк! — Алиса упала в мягкую, как пуховик, грязь. — Фу, теперь я вся в болотных крапинках!
— Не переживай, — засмеялся голос сверху. — Это модно!
На ветке сидел лягушонок по имени Кваквак. Он был в очках из капель росы и держал в лапках карту, нарисованную на листе кувшинки.
— Я тоже иду к Лесному Фонарику! — объявил он. — Мой голос стал хриплым после конкурса «Лучший Квакун». Думаю, там починят!
— Отлично! — сказала Алиса, вытираясь листом папоротника. — Двигаемся вместе?
— Двигаемся! — квакнул лягушонок и прыгнул на её плечо. — Но держись крепче: впереди Скрежещущее Болото!
Они шли по кочкам, которые скрипели, как старые половицы. Вдруг под ногами что-то застонало.
— Эй! Вы давите мне на ухо! — раздался глухой голос.
— Простите! — воскликнули Алиса и Кваквак.
Из-под кочки выполз… огромный мохнатый корень с глазами и бровями.
— Я — Борода, — проворчал он. — Сплю здесь каждую ночь. А вы топаете, как слоны на дискотеке!
— Мы не хотели! — сказала Алиса. — Мы ищём Лесной Фонарик. Мой свет гаснет!
Борода почесал себя за ухом.
— Хм… Фонарик? Он живёт за Лабиринтом Шиповника. Но дорога опасна: Шиповник любит загадывать вопросы. Если не ответишь — обнимет до хруста!
— Ой, — сказал Кваквак. — А если мы скажем, что он модный?
— Может, сработает, — хмыкнул Борода. — Попробуйте.
Вот они и добрались до Лабиринта Шиповника. Колючки стояли стеной, перешёптывались и хихикали.
— Стойте! — завопил куст. — Кто хочет пройти — должен ответить на вопрос!
— Какой? — спросила Алиса, стараясь не дрожать.
— Что светлее всего на свете?
Кваквак задумался.
— Солнце? Луна? Мои новые очки?
Алиса закрыла глаза. Вспомнила, как она падала с неба, как дети в деревне ахали, увидев её свет, как ёжик Витюня улыбался, когда она освещала ему путь домой.
— Самое светлое, — сказала она тихо, — это когда кто-то делает добро. Оно светится внутри, как маленькое солнышко.
Шиповник затих. Потом медленно раздвинулся, как занавес в театре.
— Проходите, — сказал он почти шёпотом. — Такой ответ я не слышал сто лет.
За лабиринтом стоял маленький домик на курьих ножках. На крыше висел старый фонарь, весь в царапинах и пыли, но внутри мерцал тёплый, уютный свет.
— Это он! — прошептал Кваквак. — Лесной Фонарик!
Дверь открылась сама. Из неё выглянул маленький старичок с бородой из мха и глазами, как угольки.
— Ага, — сказал он. — Опять кто-то потерял свет. Ну, входите, входите, только сапоги снимайте — пол недавно мыл.
Внутри было уютно: на стенах висели фонарики всех форм и цветов, а в камине потрескивал огонёк из сухих листьев.
— Почему мой свет гаснет? — спросила Алиса.
— Потому что ты перестала верить, что можешь светить, — сказал Фонарик, наливая им чай из шишки. — Свет — он не только снаружи. Он начинается здесь. — Он ткнул пальцем в сердце.
— А как его вернуть?
— Нужно вспомнить, кому ты помогла. Кому стало теплее, светлее, радостнее.
Алиса закрыла глаза.
— Я помогла Витюне найти грибную поляну…
— Я подсветила птенцам путь к гнезду…
— Я согревала замёрзших бабочек…
И вдруг — бум! — из её груди вырвался луч, яркий, как рассвет!
— Ура! — закричал Кваквак. — Свет вернулся!
Фонарик улыбнулся.
— А теперь ты знаешь главный секрет: свет не кончается, если ты делишься им.
Тут Кваквак прочистил горло.
— А со мной можно что-то сделать? Я хочу снова квакать красиво!
Фонарик достал из шкафа баночку с пузырьками голосов.
— Вот, попробуй «Голос Жар-птицы» или «Кваканье Радуги».
Кваквак выбрал последнее.
— Ква-ка-ра-ка-ма-ламба! — прозвучало, как дождик на крыше.
— Отлично! — сказал Фонарик. — Теперь ты не просто квакун, а поэт!
На обратном пути лес будто стал ярче. Даже Борода улыбался.
— Ну что, отдохнули? — спросил он. — Или ещё потопаете по уху?
— Обойдёмся! — засмеялась Алиса, светя над дорогой.
Когда они вернулись, все лесные жители выбежали встречать их.
— Алиса! Ты снова светишься!
— Кваквак! Ты поёшь!
— Это потому что мы нашли то, что искали, — сказала Алиса. — А ещё потому что шли вместе.
🌙✨🌳🐸💫🔥🍃🌟
