На вершине Снежного Холма, где ветер поёт песни сквозь ледяные иглы и облака иногда забредают так низко, что можно коснуться их языком (если, конечно, не испортить себе зубы), дракон Амка сидел, поджав хвост под брюхо, как кот на подоконнике.
— Фу-у-ух! — выдохнул он, и его парное дыхание превратилось в маленького облачка-зайчика, который тут же поскакал за камень. — Ну и холодрыга! Я думал, чешуя греет, а она только блестит!
Амка был не простой дракон. Его чешуя переливалась всеми цветами заката: от медового до фиолетового, как будто кто-то разлил по спине радугу и прикрыл стеклянными пластинками. Но сегодня эти пластинки почему-то тускнели. Особенно на спине — там, где солнце почти не доставало.
— Эй, чешуйка! — пихнул он одну из них лапой. — Ты чего, уснула? Проснись, мы на задании!
Чешуйка слабо моргнула золотым светом, как старая лампочка в подвале, и снова погасла.
— Ой-ой, — пробормотал Амка. — Если вся чешуя заснёт, я стану просто… серым ящером с крыльями. И никто не поверит, что я волшебный!
Задача дня
Дело в том, что каждые сто лет на Снежном Холме должна была зажечься Светочешуя — особая чешуйка на самом верху спины, которая сигнализировала: «Всё в порядке в мире! Драконы бдят, дети мечтают, снеговики улыбаются!»
Но сегодня Светочешуя даже не мерцала. Она напоминала старую картофелину, забытую в погребе.
— Надо её разбудить, — решил Амка. — А для этого нужен Смех Ледяной Птицы. Так сказал мудрый Ёж-на-Кочки, когда учил меня драконьим правилам.
— А где её взять, эту птицу? — спросил ветер, проскользнув между камней и щекоча Амке ухо.
— Ветер! Привет! — обрадовался дракон. — Где живёт Ледяная Птица?
— На самом краю Холма, — прошелестел ветер, — где растёт одинокий куст остролиста и поёт снежный сверчок.
— А как её рассмешить?
— Очень просто, — хихикнул ветер. — Расскажи ей шутку, которую никто не знает. Но учти: если она не засмеётся — ты превратишься в сосульку на неделю.
— Всего лишь на неделю? — вздохнул Амка. — Ну ладно. Главное — не на год.
Путь к остролисту
Амка полетел вниз по склону, стараясь не поскользнуться на льду. Крылья он держал широко — не для полёта, а чтобы сохранять равновесие, как канатоходец с шестом.
Вдруг перед ним выросла горка из снега, и из неё высунулся круглый, как пирожок, заяц с ушами-спиралями.
— Эй, дракон! — крикнул заяц. — Ты куда? Здесь минное поле!
— Минное? — удивился Амка. — Откуда здесь мины?
— Это не настоящие мины, — важно поправил заяц. — Это минусовые снежки. Если наступишь — получишь морозный заряд в лапу. Будешь чихать ледяными комочками три дня.
— Ой-ой, — Амка поджал лапы. — А как пройти?
— Только по следам моих ушей! — гордо заявил заяц, раскрутив уши, как пропеллеры. — Они сами знают дорогу!
И правда, спирали оставили на снегу волшебный узор — как лабиринт, но весёлый.
— Спасибо! — крикнул Амка, прыгая по спиральным следам. — Ты гений!
— Я не гений, — ответил заяц, — я просто хорошо завиваюсь!
Ледяная Птица и самая новая шутка
У самого края Холма, где воздух был прозрачным, как стеклянный колокольчик, Амка увидел её — Ледяную Птицу. Она сидела на ветке остролиста, вся из сияющего льда, с перьями-иголочками и глазами-снежинками.
— Здравствуй, — сказал Амка, стараясь не дрожать. — Я пришёл за смехом.
— Ха, — сказала Птица. — Уже трое приходили. Все рассказали одну и ту же шутку про белку и коньки. Я чуть не растаяла от скуки.
— А я расскажу другую! — выпалил Амка. — Слушай: почему снеговик не может стать поваром?
— Не знаю, — холодно ответила Птица. — Почему?
— Потому что у него нет терпения! Он сразу плавится!
Тишина.
Птица моргнула.
И вдруг — хриплый, как лёд в стакане, смех:
— Ха-ха-ХРЯСЬ! Ха-ха-ХРЯСЬ!
От её смеха с дерева посыпались искры, а одна капелька льда упала прямо на Амкину Светочешую.
— ОЙ! — взвыл Амка. — Горячо!
— Это не горячо, — сказала Птица, утирая смех-слезу. — Это смехогрей. Он будит чешую.
И правда — на спине Амки вспыхнула искра. Потом ещё одна. И ещё. Чешуйки начали загораться, как фонарики на празднике.
— УРА! — закричал Амка, взлетая вверх. — Светочешуя работает!
Финальный фейерверк
Как только последняя чешуйка засияла, весь Снежный Холм озарился мягким, тёплым светом. Облака покраснели от удовольствия. Снег стал пушистее. Даже сосульки на скалах заиграли разноцветными бликами.
— Это сигнал! — прошептал ветер. — Мир в порядке!
Амка сделал круг над Холмом и вдруг заметил: внизу, у подножия, собрались все, кто помог ему — заяц со спиральными ушами, Ледяная Птица, даже старый камень, который однажды дал ему совет (оказывается, он просто спал).
— Эй! — крикнул Амка. — Смотрите!
Он глубоко вдохнул — и выдохнул не огонь, а фейерверк из смеющихся огоньков, которые падали на снег и превращались в маленьких светящихся зайцев, бегущих по кругу.
— Ух ты! — сказал заяц. — А можно мне одного в подарок?
— Бери двух! — рассмеялся Амка. — Сегодня праздник!
И пока звёзды медленно зажигались над Холмом, дракон с чешуёй-радугой сел рядом с друзьями, положил хвост на плечо ветру и прошептал:
— Знаете, оказывается, самое тёплое на свете — это не огонь. Это когда тебя понимают… и смеются вместе с тобой. 🌟🐉✨
