Дракон Амка проснулся оттого, что кто-то громко чихнул прямо у него под крылом. Он вздрогнул, хвостом снёс башенку из шишек, которую вчера строил для ёжика Феди, и распахнул один глаз.
— Апчхи! — снова чихнул голос, и из-под крыла выполз маленький кротёнок Бусик, закутанный в лист клёна, как в плащ.
— Бусик?! Ты чего тут делаешь? Я думал, ты в своей норке спишь!
— Апчхии! — Бусик вытер нос моховым платком. — У нас внизу… концерт не получается. Все звуки разбегаются! Нужен кто-то большой, чтобы провести репетицию. Ну… типа дирижёра.
Амка выпрямился, гордо взмахнул крыльями (и случайно задел соседнюю сосну, с которой тут же посыпался дождь из шишек).
— Дирижёр? Это когда машешь палочкой и все поют?
— Ну да! Только у нас нет палочки. Зато есть трость от деда Пухляка. Он её потерял, когда танцевал на опушке.
— Ого! — Амка прищурился. — А кто вообще в этом оркестре?
— Ну, там сова Сима на барабанах из шляпок грибов, зайцы на свистульках из осиновых прутьев, лягушки-хлопушки, я — на трубе из стебля камыша, а ветер помогает, когда не занят.
— Ветер? Он что, тоже играет?
— Ну конечно! Без него никак. Он даже фальшивит, если сердится.
Амка почесал чешую за ухом. Это было интересно. Очень интересно.
— Ладно, пошли! Только сначала я надену свой парадный гребень! Он светится, когда рядом музыка.
— А он у тебя где?
— Да вот же! — Амка указал хвостом на старый цветочный горшок, в котором рос папоротник. — Я его туда посадил, чтобы не терялся.
Через пять минут они уже спешили к поляне, где среди пней и папоротников собирался Лесной Оркестр.
Сова Сима стучала лапами по грибным барабанам:
— Бум-бум! Тра-та-та! Бумс! Ой, это не то…
Зайцы свистели, но так громко, что одна белка чуть не упала с ветки.
— Эй, потише! — крикнула она. — У меня завтра экзамен по прыжкам через куст!
— Простите! — сказал зайчик Прыг. — Мы просто хотим сыграть «Песню про капель» к празднику Дождевых Червей!
— А я всё время забываю, с какой ноты начинать, — вздохнул Бусик. — У меня в носу эхо.
— Эхо? — удивился Амка. — А может, это не эхо, а… эхо-муха?
— Что такое эхо-муха?
— Ну, муха, которая повторяет всё, что услышит. Они водятся в болотных лилиях. Если она залетела тебе в нос — будет целый день чирикать внутри: «Тру-ля-ля, тру-ля-ля».
Бусик задумался.
— Ага! Вот почему я вчера играл «Ква-ква», а у меня выходило «Ква-ква-ква-ква»!
— Не переживай, — сказал Амка. — Сейчас вызовем Ветра. Он всех мух прогонит одним дуновением.
— А он придёт?
— Конечно! Надо только правильно позвать.
Амка встал на задние лапы, глубоко вдохнул — и из его ноздрей вылетел не огонь, а… розовый пузырь, который поплыл вверх, как воздушный шарик.
— Это мой сигнал! Когда он лопается — Ветер слышит.
Пузырь взорвался высоко в небе: пых!
И тут же с верхушек деревьев донёсся смех и шуршание листьев.
— Амка! Здорово! — закружил над головой Ветер, обдавая всех запахом молодой травы. — Что за праздник?
— Мы хотим играть музыку, но всё путается! Поможешь?
— Конечно! Только давайте выберем главный звук. Иначе как без компаса в тумане.
— А что будет главным звуком? — спросила Сима.
— Давайте начнём с капли! — предложил Амка. — Ведь песня про капель. Кап-кап… кап-кап…
Все замолчали. Даже зайцы перестали свистеть.
И тогда послышалось: кап… кап…
С верхушки старого дуба упала первая капля. Потом вторая. Потом третья.
— О, это дед Пухляк плачет на своём пенёчке! — прошептал Бусик. — Он думает, что его трость потерялась навсегда.
— Так, — сказал Амка. — Значит, надо не только музыку наладить, но и вернуть трость!
— А где она?
— Я видел её в кустах у Ручейка, — сказал Ветер. — Но туда нельзя просто так. Там живёт Щёлк — маленький дух кустов. Он любит загадки. Пропустит только того, кто ответит.
— Отлично! — воскликнул Амка. — Я обожаю загадки! Особенно те, где можно подуть и отгадка сама выскочит!
Они двинулись к кустам. По дороге Ветер научил лягушек хлопать в такт: хлоп-хлоп-па-па, хлоп-хлоп-па-па.
Зайцы подстроились. Сима стала бить ритм. Даже Бусик начал играть чище — правда, время от времени чихал: апчхи! — тру-ля-ля!
У кустов их встретил Щёлк — крошечный, как жёлудь, с глазами-искорками и голосом, как у скрипучей веточки.
— Кто хочет пройти? — пискнул он.
— Мы! — сказал Амка. — Нам нужна трость деда Пухляка. Она здесь?
— Может быть. А может, и нет. Сначала загадка! Что бежит без ног, поёт без рта и плачет, но не грустит?
Все задумались.
— Это… дождь? — робко спросил Бусик.
— Нет! Дождь не бежит, он падает.
— Это ручеёк! — выпалил Амка. — Он бежит по камням, журчит и плещет, как будто плачет! А на самом деле — радуется!
Щёлк хихикнул.
— Правильно! Проходите. Трость под большим листом. Но берите быстро — она начинает расти!
Под листом действительно лежала трость… только теперь она была вся в зелёных побегах и маленьких листочках.
— Ой! — воскликнул Ветер. — Это же музыкальная трость! Она оживает, когда рядом гармония!
Амка осторожно взял её в лапу. Трость тихо зазвенела, как колокольчик.
— Ура! — закричали все. — Теперь точно будет концерт!
Они вернулись на поляну. Дед Пухляк уже сидел на своём пенёчке, вытирая глаза моховой салфеткой.
— Держите, дедушка! — сказал Амка, вручая ему трость.
— О-о-о! — старичок аж подпрыгнул. — Моя родимая! А она… поёт?
— Ещё как! — засмеялся Амка. — Дирижировать будет она!
И тогда началось самое интересное.
Амка встал во главе оркестра, а дед Пухляк поднял трость. Та засветилась мягким зелёным светом и начала сама собой двигаться — вверх, вниз, влево, вправо.
Сима заиграла на грибах: бум-бум-тра-та!
Зайцы засвистели: пи-пи-пи-пи!
Лягушки захлопали: хлоп-хлоп-хлоп!
Бусик вдохнул — и из трубы полился звук, как весенний ветер в камыше.
А Ветер подхватил мелодию и понёс её над лесом, добавляя шелест листвы и пение птиц.
И вдруг… все звуки слились в одну большую, тёплую, светлую песню — «Песню про капель».
Даже деревья покачивались в такт. Мох стал ярче. Грибы раскрылись, как зонтики.
А с неба, словно в ответ, посыпались настоящие капли — тёплые, медленные, благоухающие весной.
— У нас получилось! — прошептал Бусik, глядя, как дождик блестит на его листовом плаще.
— Получилось, — улыбнулся Амка. — Потому что мы были вместе. И никто не торопился быть самым громким.
— А знаешь, — сказал Ветер, кружась вокруг них, — лучшая музыка — это когда каждый играет свою часть, но слушает других.
— Точно! — сказал дед Пухляк, поднимая трость выше. — А теперь — encore! Ещё раз, но с дождиком!
И лес снова наполнился музыкой, смехом и тёплыми каплями дождя, которые падали, как маленькие звёзды с неба. 🌟🌧️🎶
