Гном Афанасий проснулся от того, что его нос — круглый, как вишнёвая косточка — задрожал. Раз. Потом ещё сильнее. Тр-р-рях!
— Ай! — пискнул он, вскакивая с кровати из мохового одеяла и шляпной подушки. — Это не простое чихание! Это знак!
Он натянул башмаки с загнутыми носками (один синий, другой красный — так было веселее) и выбежал из своей норки за пнём орешника. Воздух дрожал от утреннего света, а листья шептали: «Чай-чай-чай…»
— Чай?! — воскликнул Афанасий, хватаясь за уши. — Да ведь мой чайник три дня как исчез! Тот самый, железный, с цветочками и свистком в виде птички!
И правда, без чайника жить было тяжело. Не попьёшь ромашкового с мятой, не угостишь барсука, не растопишь утро. А теперь — вот оно, предзнаменование!
— Надо искать! — объявил гном, повязывая на голову платок с помпоном. — Иду по следу чая!
Первым делом он отправился к болоту, где жила старушка-лягушка по имени Кваклина.
— Кваклина! — закричал он, перепрыгивая через кочки. — Ты не видела чайник с птичьим свистком?
— Ква-а-ак! — ответила лягушка, выныривая из тростника. — Видела! Летел над камышами, свистел: «Пии-пии!», и капли чая падали в болото. Утка чуть не утонула в имбирном аромате!
— Летел?! — удивился Афанасий. — Чайник летел?!
— Ну да! На крыльях из пара! — фыркнула Кваклина. — Только потом скрылся за холмом Сверкающих Грибов.
— Спасибо! — крикнул гном и побежал, размахивая руками, будто сам хотел взлететь.
На холме Сверкающих Грибов стоял туман, а грибы светились мягким голубым светом, как будто внутри у них горели маленькие лампочки.
Вдруг один грибик sneezed:
— Апчхи-и!
И из-под его шляпки вылетел клуб пару — и в этом пару мелькнул знакомый силуэт!
— Мой чайник! — закричал Афанасий. — Стой, ты!
Чайник обернулся (ну, насколько чайник может обернуться) и пронзительно свистнул: Пииии-ииии!
— Я больше не просто чайник! — пропел он голосом тоненьким, как птичий щебет. — Я Волшебный Чайник! Меня пробудил напиток радости, сваренный из смеха, улыбок и одной слезинки благодарности!
— Но ты же мой! — сказал Афанасий, обиженно надув щёки. — Я тебя каждый день полировал, пел песни, даже на праздник одевал бантик!
— Я знаю, — мягко свистнул чайник. — И именно поэтому пришёл за тобой. Но чтобы стать моим настоящим хозяином снова, ты должен пройти три испытания!
— Ой-ой, — прошептал гном. — А если провалюсь?
— Тогда я улечу в Облака-Чайники, где живут все волшебные заварочные. И больше ты никогда не будешь пить чай с пенкой мечты.
— Ну уж нет! — воскликнул Афанасий. — Я готов!
Испытание первое: Угостить всех, кроме себя
Чайник указал носиком на полянку, где собрались звери: зайчик с насморком, белка с расчёской в волосах, ежик с колючками, запутанными в ленточке, и даже медведь, который мечтал о чашечке с корицей.
— Налей каждому чай, но сам не пей ни глотка, — сказал чайник.
Афанасий налил зайчику ромашкового — тот чихнул и улыбнулся.
Белке — с малиновым вареньем — она взвизгнула от радости.
Ежику — с мятой, чтобы расслабить колючки.
А медведю — целую кружку с пенкой.
— Ох, как вкусно… — вздохнул гном, глядя, как они пьют. — Хоть бы капельку…
Но он сдержался. Даже когда чайник соблазняюще зашипел: Ффф-ф-ф…
— Молодец! — свистнул чайник. — Первое испытание пройдено!
Испытание второе: Заварить чай без огня
— Как это? — удивился Афанасий. — Без огня чай не согреется!
— А ты попробуй. Вот листья, вода… но огонь использовать нельзя.
Гном сел на пень и задумался. Ветер играл в волосах, птицы пели. Вдруг он вспомнил: однажды бабушка-сова сказала, что тепло может быть не только от пламени.
— А если… — прошептал он, — если согреть воду теплом сердца?
Он прижал чайник к груди, закрыл глаза и начал вспоминать всё хорошее: смех друзей, первый снег, запах свежего хлеба, объятия мамы-земли.
И вдруг — буль-буль! — вода закипела. Из носика повалил ароматный пар, а чай стал золотистым, как утреннее солнце.
— Получилось! — радостно закричал он.
— Отлично! — пропел чайник. — Второе испытание — пройдено!
Испытание третье: Рассмешить грустного камня
За сосной стоял большой серый камень. Он был такой грустный, что вокруг него даже мох не рос.
— Этот камень давным-давно забыл, как улыбаться, — сказал чайник. — Если ты рассмешишь его — ты победил.
Афанасий почесал затылок.
— Эй, камень! — крикнул он. — Почему ты такой хмурый?
— Потому что я тяжёлый, — пробурчал камень глухим эхом. — И никто меня не катает. И на мне никто не прыгает. И я не умею танцевать.
— А хочешь, я научу тебя? — спросил гном.
— Как? Я же камень!
— А ты закрой глаза! — сказал Афанасий и начал рассказывать:
— Представь, что ты не камень, а пузырёк! Лёгкий, как мыльный, подпрыгиваешь на ветру, купаешься в росе, играешь с бабочками! Бац — и на листве! Фыр-фыр — и в луже! Хи-хи!
Камень фыркнул.
— А теперь ты — пружинка! — продолжил гном, прыгая вокруг. — Бам-бам-бам! По траве! Бум-дум-дум! По коре! Бзи-и-и-инь!
Камень дрогнул. Потом покачнулся. И вдруг — хо-хо-хо! — рассмеялся таким гулким, добрым смехом, что с деревьев посыпались листья, а птицы запели хором.
— Я… я смеюсь! — радовался камень. — Я снова могу смеяться!
— Ура! — закричал Афанасий, кувыркаясь на траве. 🎉
Волшебный Чайник подлетел к нему, сверкая свистком, и тихо сказал:
— Ты прошёл все испытания, Афанасий. Потому что ты добрый, терпеливый и умеешь дарить тепло без выгоды. Теперь ты не просто хозяин чайника… ты — его друг.
— А можно я назову тебя… Паровичок? — робко спросил гном.
— Можно, — свистнул чайник. — Мне нравится.
С тех пор в домике за орешником всегда пахло чем-то волшебным: то имбирным смехом, то ромашковой нежностью, то чаем из звёздной росы.
А когда кто-то грустил — Афанасий доставал Паровичка, грел воду сердцем и говорил:
— Сейчас будет чудо. И чашка. 🫖✨
