Гном Афанасий проснулся от того, что его борода запуталась в корнях старого пня. 🌱
— Ой-ой-ой! — пискнул он, пытаясь вытащить седую косицу. — Кто бы это мог быть? Неужели опять шаловливый лесной ёжик?
Но ёжика нигде не было. Зато на макушке пня лежал странный предмет, завёрнутый в паутину и припорошенный опавшими листьями.
Афанасий осторожно потянул за уголок: из-под листвы показался маленький деревянный компас с тусклым стеклом и стрелкой, которая дрожала, как осиновый лист на ветру.
— Хм… — пробормотал гном, очищая прибор от пыли. — Такое я видел только у старого картографа Бархата. А он пропал сто лет назад!
Вдруг компас зачирикал, словно птичка:
— Тик-тик-тик! Найдите-найдите-найдите!
Афанасий подскочил так, что чуть не свалился в муравейник.
— Говорящий компас?! Это же чудо! Или… может, это ловушка?..
— Не ловушка, а приглашение! — пискнул компас. — Я — Забытый Компас, и я ждал тебя ровно 99 зим, 3 месяца и 2 дня!
— Меня? Но я просто гном, который собирает мох и разговаривает с папоротниками!
— Именно ты! — воскликнул компас. — Только тот, кто помнит путь домой для каждого жучка, сможет найти Потерянную Тропу!
Афанасий почесал кончик носа. 🤔
— Ладно, — сказал он. — Но если мы пойдём в путь, я возьму свой самый надёжный зонтик — вдруг дождь? А ещё краюшку хлеба с малиновым вареньем.
— Ура! — закрутилась стрелка. — Путь начинается за камнем в форме печенья!
За камнем в форме печенья (он действительно был похож на имбирного человечка) их уже ждала компания.
Там был воробей Чик, который всегда говорил с перепугу:
— Эй, Афанасий! Ты куда с компасом? Он не взорвётся?!
— Нет, Чик, он ведёт нас на Поиски!
— На какие?! — взвился воробей. — Я только что спрятал семечко под грибом, а теперь забыл, какой!
— Вот видишь, — улыбнулся Афанасий, — даже маленькое забывание — это тоже потеря. Мы идём восстанавливать Потерянную Тропу!
Рядом зашуршал куст, и оттуда выглянул зайчик с одним длинным ухом.
— Простите, — прошептал он. — Я слышал слово «тропа»… Вы не видели тропу, которая ведёт к моему самому тёплому воспоминанию? Там мама пела мне колыбельную под шуршание листьев…
— Мы найдём её! — гордо заявил Афанасий. — Вместе!
Компас задрожал и указал в чащу, где деревья стояли так близко, что между ними можно было протиснуться только боком.
— Проход называется «Щель-на-вдохе», — объявил он. — Надо вдохнуть, задержать дыхание и… протиснуться!
Афанасий глубоко вдохнул — и попытался пролезть.
— Ой-ой-ой! — закричал он. — Мои карманы зацепились за сук!
Из одного кармана выпала склянка с блестками, из другого — три шишки, связанные ниткой, и… плюшевый носок.
— Это мой талисман! — всхлипнул гном. — Без него я теряюсь!
— Не бойся, — сказал зайчик, — зато теперь ты легче!
И правда, после того как Афанасий оставил часть вещей у входа, он легко проскользнул сквозь щель.
Чик пролетел за ним, а зайчик проскользнул на одном ухе, как на санках. 🐇💨
Дальше их ждала Лужа Забывчивости.
Она была огромной, тихой и отражала не небо, а… пустоту.
— Кто в неё смотрится, тот забывает, зачем пришёл, — прошептал компас.
— Тогда не будем смотреть! — решил Афанасий. — Давайте закроем глаза и пойдём по кочкам!
— А если провалимся? — пищал Чик.
— Тогда я вас вытащу! — сказал Афанасий. — Главное — держаться за хвост!
Так они и сделали: гном встал первым, потом зайчик, потом Чик держался за заячий хвост, как за верёвку.
— Раз… два… прыг! — командовал Афанасий.
Кочка скрипнула, но выдержала.
На середине лужи Чик случайно открыл глаза.
— Ой! Я забыл, кто я!..
— Ты — Чик! — крикнул Афанасий. — Самый смелый воробей в мире! И у тебя есть семечко под грибом!
— Правда?! — обрадовался Чик. — А где гриб?
— Потом найдём! Главное — прыг!
На другом берегу их встретил ветер, который любил путать следы.
— Ха-ха! — закрутился он. — Хотите путь? Я его уже перемешал, как блины в сковородке!
— Ветер, — сказал Афанасий мягко, — ты ведь тоже когда-то искал свой путь. Помнишь, как ты учился дуть не во все стороны сразу?
Ветер замер.
— Да… — прошелестел он. — Меня тогда научила старая сосна. Она сказала: «Выбери одно доброе дело — и делай его с ветром в спине».
— Вот и помоги нам сейчас, — попросил гном. — Найди тропу для тех, кто потерял дорогу.
Ветер вздохнул и аккуратно раздвинул кроны деревьев. И там, среди мха и светлячков, появилась тропинка из старых следов: детских босых ног, копытцев оленёнка, лапок лисёнка… и одного гномьего сапога.
— Это же мой след! — воскликнул Афанасий. — Я проходил здесь, когда был совсем маленьким!
— Потерянная Тропа — это путь к воспоминаниям, — прошептал компас. — Её нельзя найти на карте. Её можно только почувствовать.
По тропе они дошли до поляны, где росло Дерево Памяти.
Его листья были разными: одни — тёплыми, как объятия, другие — светлыми, как смех, третьи — чуть грустными, но добрыми.
На самом верху висел маленький колокольчик.
— Звони, если помнишь что-то важное, — прошептал компас.
Афанасий подумал о своём пне, о друзьях, о маминой улыбке, которую он почти забыл…
И вдруг — дзинь!
Колокольчик зазвенел сам.
С дерева посыпались листья-воспоминания. Они кружились в воздухе, как осенние фонарики.
Зайчик поймал один — и вдруг запел ту самую колыбельную.
Чик нашёл лист с изображением гриба — и вспомнил, где спрятал семечко.
А компас стал светиться, как звёздочка.
— Миссия выполнена, — сказал он. — Потерянная Тропа снова жива. А я… я могу отдохнуть.
— Но ты же говорящий! Ты нужен!
— Теперь каждый найдёт свой путь, — улыбнулся компас. — Ведь главное — не стрелка, а сердце.
Афанасий положил компас у подножия Дерева Памяти. Тот медленно закрыл стеклышко, как глаза, и затих.
— Спи спокойно, друг, — прошептал гном. — Ты хорошо поработал.
Друзья вернулись домой под шуршание листьев и далёкий смех ветра.
На следующее утро Афанасий заметил: на его пне, рядом с бородой, лежал новый компас. Маленький, самодельный — из шишки, иголки и капли смолы.
И стрелка указывала прямо на сердце.
— Отлично, — улыбнулся гном. — Главное направление я теперь знаю.
🌟
