В самый туманный рассвет, когда звёзды ещё не успели убраться с неба, а петухи только чихнули в третий раз, по краю Леса Шепчущих Трав прошлёпал башмаками маленький рыцарь в слегка перекошенном шлеме.
— Опять запутался! — вскричал он, глядя на карту, нарисованную на листке клёна. — Вот здесь был мостик из грибов… А где он?!
Шлёп! — и прямо под ногу упал жёлудь. Не просто так, нет! Он приземлился ровно на середину карты и прокатился до самого края, как будто указывал путь.
Бунусий (так звали рыцаря, хотя никто не знал, откуда взялось это имя — может, его придумала бабушка-сова) огляделся. Вокруг ни души. Только трава шуршала, как будто кто-то невидимый читает книжку вслух.
— Простите, — сказал Бунусий жёлудю, — вы случайно не знаете, где мост через Ручей Пенящих Камней?
Жёлудь фыркнул и покатился в сторону старого дуба, где из коры торчало что-то вроде глаз и рта.
— Я не «вы», я — Дубняк! — прогремело из дупла. — И да, мост смыло ночью. А ты, парень, опять без меча?!
— Так получилось, — вздохнул Бунусий, поправляя шлем. — Мой последний меч унёс ворон. Сказал, что блестит, как завтрак для солнца.
— Ха! — фыркнул Дубняк. — Без меча — не рыцарь, а… хм… странствующий помощник!
— Зато у меня есть добрые мысли! — гордо выпятил грудь Бунусий. — И два бутерброда с сыром. Один могу поделиться.
Дубняк зашуршал листьями, словно смеялся.
— Ладно, ладно. Раз ты такой щедрый, слушай: чтобы перейти ручей, нужно не мост, а смех. Чистый, звонкий, как колокольчик на ветру.
— Смех? — удивился Бунусий. — Но как его… достать?
— А ты вспомни что-нибудь смешное! Самое весёлое, что было в жизни!
Бунусий задумался. Щёлкнул пальцами:
— Был у меня однажды день, когда я надел шлем… задом наперёд! Все животики надорвали от смеха!
— Ну давай, хохочи! — потребовал Дубняк.
Бунусий закрыл глаза, представил ту сцену… и вдруг — ха-ха-ха! — рассмеялся так, что птицы вылетели из кустов, как пробки из бутылок.
— Ура! — закричал вдруг ручей. — Смех! Настоящий детский смех!
Из воды начали подниматься камни, покрытые пеной, но не простой — радужной! Они сами собой выстраивались в мост, сверкая, как мыльные пузыри в солнечный день.
— Проходи, рыцарь! — зашептал ручей. — За смех — всегда путь открыт.
— Спасибо! — крикнул Бунусий и перешёл, стараясь не скользить. — Вы самый вежливый ручей на свете!
— А ты — первый рыцарь без меча, который не пытался меня перепрыгнуть! — ответил ручей и заиграл, как гармошка.
На другом берегу Бунусия встретил… ветер. Не просто ветер, а такой, что крутил шапками, сдувал шляпы с грибов и играл в догонялки с облаками.
— Эй, ты! — закружил он вокруг Бунусия. — Ты идёшь в Замок Перевёрнутых Колоколов?
— Да! — кивнул Бунусий. — Мне нужно помочь принцессе Зевотке. Она всё время засыпает в самый неподходящий момент. Даже на балу уснула — и торт упал на скрипача!
— О-о-о! — взвыл ветер. — Это серьёзно! А кто тебе сказал, что она нуждается в помощи?
— Говорящий котёнок с тремя усами. Он сказал: «Найди Зевотку, пока она не уснула навсегда под песню бесконечного маятника».
— Фу-у-у! — ветер задрожал. — Только не это! Если Зевотка уснёт навсегда, весь мир станет… сонным. Цветы перестанут расти, дети — смеяться, а пирожные — пахнуть ванилью!
— Вот именно! — вскинул руку Бунусий. — Поэтому я спешу!
— Тогда я — твой проводник! — объявил ветер. — Но учти: путь опасен! Там живут… Скучуны!
— Скучуны? — переспросил Бунусий.
— Да! Маленькие серые существа, которые говорят только «ну и что?», «всё уже было» и «неинтересно». От них даже мох становится серым!
— Ой-ой, — прошептал Бунусий. — А они кусаются?
— Нет. Но если ты согласишься с ними, ты сам станешь скучуном. Навсегда.
— Тогда я буду несогласен! — заявил Бунусий. — И расскажу им анекдот про крокодила в бассейне!
Ветер хохотнул и подхватил Бунусия, понёс, как листок, мимо полей, где цветы танцевали вальс, и над лугом, где бабочки играли в прятки в облаках.
Но вдруг — бам! — что-то упало прямо перед ними. Это был… огромный чайник, дымящийся и сердитый.
— Эй! — закричал чайник. — Вы видели мою крышку?! Её унёс порыв ветра!
— Это я! — признался ветер. — Прости, я думал, это шляпка гриба!
— Верни! — топнул чайник. — У меня внутри кипит чай для старушки-луны! Она любит пить его ровно в 5:13 утра!
Бунусий оглянулся. Крышка лежала на вершине муравейника, превратившись в миниатюрный стадион для муравьёв.
— Сейчас! — крикнул он и полез вверх, как на гору.
Муравьи сначала шипели: «Не мешай! У нас футбол!», но когда Бунусий предложил быть судьёй, они разрешили взять крышку… при условии, что он просвистит свисток.
— Пи-пи-пи! — свистнул Бунусий в воображаемый свисток.
— Гол! — закричали муравьи. — Судья справедливый!
Крышка была возвращена. Чайник благодарно зашипел и улетел в небо, оставив за собой паровой след в форме сердца.
— Ты молодец, — сказал ветер. — Даже чайники могут быть важными.
— Ага! — кивнул Бунусий. — Главное — не проходить мимо.
Наконец, они достигли границы Скучной Поляны. Воздух стал тяжёлым, цвета грязного носка. На пнях сидели серые комочки с длинными носами и тянули:
— Ну и что?.. Всё уже было… Неинтересно…
Один из них заметил Бунусия и протянул:
— Ты опять с добром? Уже надоело. Добро — скучно.
— А вот и нет! — воскликнул Бунусий. — Я придумал новую игру! «Прыгай, как лягушонок, и квакай, как король болот!»
Он прыгнул, квакнул и упал в мягкую крапиву (но она оказалась не крапивой, а пуховым одеялом, подаренным облаком).
Скучуны замерли. Один чихнул. Другой — хихикнул. А третий вдруг вскочил и прыгнул следом:
— Эй! А у меня получилось!
И в тот же миг его серая шкурка стала… зелёной! А потом — радужной!
— Мы… мы больше не скучаем! — закричали они хором. — Давайте играть!
Целая поляна зацветла, как конфетти на празднике.
— Вот видишь, — прошептал ветер, — доброта — это самое мощное оружие. Даже без меча.
А впереди, на холме, зазвенел колокол. Не обычный — перевёрнутый. Он висел вниз головой и звенел… зевая.
— Пришли, — сказал Бунусий. — Теперь — к принцессе Зевотке.
Он глубоко вдохнул, поправил шлем (на этот раз правильно!) и шагнул к замку, где каждый этаж спал, а часы показывали время… мечты.
