На краю Облачного Плато, где ветер всегда напевал что-то весёлое, а облака пахли свежей ватой, Рыцарь Бунусий чинил свой шлем. Не обычный — с перьями и золотыми завитушками, а тот самый, с дырочкой от попкорна, который он случайно запустил туда на празднике у Летучих Котов.
— Опять застрял! — буркнул Бунусий, выковыривая ядрышко ложечкой для мороженого. — Ну кто бы мог подумать, что попкорн так цепляется!
Вдруг с неба раздался странный звук: «Пи-пи-бум!». И прямо перед ним, словно из щелочки в облаке, вывалился маленький человечек в полосатых колготках, с башмаками, загнутыми вверх, как у дедушки-лаптя.
— Ай! Ой! Эй! — пискнул он, кувыркаясь три раза и приземлившись на пятую точку. — Вот это посадка!
Бунусий замер с ложечкой в руке.
— Ты кто? — спросил он, не зная, то ли протянуть руку, то ли достать фотоаппарат. Таких странных гостей ещё не было.
— Я Клоун Мимими! — вскочил тот, поправляя нос в виде помидора. — Упал с Поезда Смеха! Он проносится сквозь облака каждые сто лет, но сегодня я чихнул — и вылетел в окошко!
— Чихнул? — переспросил Бунусий. — Через окно?
— Ну да! Я чихнул так сильно, что мои кудряшки взлетели, и я сам полетел! Пи-пи-бум!
Он хлопнул себя по карманам и вытащил… барабанную палочку и крошечный рожок.
— У меня всё готово для шоу! Только публики нет. Ни одной птички. Ни одного облачка с лицом.
Бунусий почесал шлем.
— А может, ты просто хочешь домой?
— Домой? — глаза Мимими стали большими, как воздушные шары. — Но ведь Поезд Смеха ушёл! А без него я не могу смешить мир! А если люди перестанут смеяться… тогда грусть начнёт расти, как плесень на старом батоне!
— Фу, — сказал Бунусий. — Не надо про плесень.
— Значит, задача ясна! — объявил он, надевая шлем (с попкорном на виду). — Мы должны найти Поезд Смеха, пока грусть не покрыла всё до блестящих носков!
— Ура! — взвизгнул Мимими и сыграл на рожке: «Ту-ру-ру-рум!»
Первым делом они отправились к Горе Хихикту, где жил древний воробей по имени Чирик-Пирик, знающий все пути между облаками.
Дорога была не простая. Пришлось перепрыгивать через Лужи Вздохов — если в них наступишь, сразу становится грустно и хочется есть суп с котлетой.
— Не шагай! — кричал Бунусий. — Прыгай на одной ноге и говори: «Я — радость на роликах!»
Мимими прыгал, как мячик:
— Я — радость на роликах! Я — конфетти в трусах! Я — банановая кожура судьбы!
И каждый раз, как он произносил что-то глупое, лужа смеялась и уходила под землю.
Наконец, на вершине горы сидел Чирик-Пирик — маленький, серый, с очками из капель дождя.
— А, Бунусий! — каркнул он. — И… кто это с тобой? Нос как помидор после солнечных ванн?
— Это Клоун Мимими! — представил его рыцарь. — Он упал с Поезда Смеха. Надо его вернуть!
Чирик-Пирик задумчиво поскреб клюв.
— Поезд проходит только по Тропе Улыбок. Но она исчезает, когда никто не смеётся. А сейчас все заняты: кто считает овец, кто чинит заборы, кто ест бутерброды с маслом вверх.
— Значит, нужно, чтобы кто-то засмеялся! — воскликнул Мимими. — Я сделаю шоу!
Он вытащил барабанную палочку, надул щёки и… чихнул.
«ПИ-ПИ-БУМ!»
Из носа у него вылетели три разноцветных шарика. Они всплыли в воздух и лопнулись — один хохотом, второй — пением канарейки, третий — звуком пузырей в газировке.
Чирик-Пирик фыркнул — и вдруг расхохотался:
— Ха-ха-ха! Да ты настоящий мастер смеха!
Сразу же из-под облаков проступила светящаяся тропинка — тонкая, как нитка от мыльного пузыря, но прочная, как верёвка из жвачки.
— Вот она! — крикнул воробей. — Тропа Улыбок! Но торопитесь — она держится только пока смех звучит!
— Тогда давай, Мимими! — сказал Бунусий. — Веди шоу!
Клоун вытащил из кармана… целый набор шариков, парик из ваты, и даже миниатюрного медведя на велосипеде.
Он катался на одной ноге, пел песню про носорога в очках, а потом надул шар в форме Бунусия — с попкорном на голове.
— Это ты! — закричал он. — Самый серьёзный рыцарь с самым весёлым шлемом!
Бунусий хотел возразить, но… хихикнул. Потом рассмеялся. А потом — захохотал так, что с горы покатился снежный ком, состоящий из смеха и искорок.
Тропа становилась ярче, длиннее, вела прямо в розовое облако, где слышался стук колёс и звон колокольчиков.
— Это он! — прошептал Мимими. — Поезд Смеха!
Они побежали по тропе, которая теперь светилась, как новогодняя гирлянда. На подходе их встретил паровоз из цветного стекла, с трубой, из которой вместо дыма вылетали смех и музыка.
— Скорее! — крикнул машинист — высокий дядя в клетчатом пальто и с усами-пружинками. — Последняя остановка — через минуту!
Мимими обнял Бунусия.
— Спасибо! Без тебя я бы никогда не нашёл путь!
— А я научился смеяться над попкорном в шлеме, — улыбнулся рыцарь. — Это ведь тоже победа!
— Пи-пи-бум! До встречи! — крикнул Клоун, запрыгивая в вагон.
Поезд двинулся, оставляя за собой след из радуги и звонких звуков: «Ха-ха! Пи-пи! Ту-ру-ру!»
А Бунусий стоял на краю облака и смотрел, как тропа Улыбок медленно тает.
— Ничего, — сказал он себе. — Я знаю, как её снова зажечь.
Он достал из сумки зеркальце, посмотрел на свой шлем с попкорном… и рассмеялся. Громко, искренне, как ребёнок, которому только что рассказали самый глупый анекдот про жирафа и лифт.
И где-то далеко, в другом уголке мира, малыш, не мог заснуть — но вдруг услышал этот смех. И улыбнулся. И заснул с добрым чувством в сердце.
🎉🎈😄💫
