Крылья Асянты переливались, как будто в них вплели кусочки заката, утренней росы и самого яркого летнего дня. Она парила над лесом, где деревья шептались листьями, а муравьи носили друг другу новости на своих спинках.
— Эй, Асянта! — раздался голос снизу. Это был Ёжик Пых, который всегда носил с собой зонтик из гриба-мухомора («На всякий случай от дождя и от плохих мыслей!»). — Ты слышала? Дерево Мечты завяло!
— Что?! — птица резко спикировала, едва не задев крылом верхушку сосны. — Но ведь оно должно цвести всю весну!
— Цвело, — вздохнул Пых, — а теперь только один листок держится. И тот мечтает стать воздушным шариком и улететь.
Асянта почувствовала, как внутри что-то ёкнуло. Дерево Мечты было самым добрым местом в Лесу Светляков. Каждый, кто приходил к нему, мог прошептать желание, и если оно было честным и тёплым — через три дня на его ветвях распускался цветок с ответом. Однажды там вырос цветок-лодка для утопающего жука, а однажды — фонарик для бабочки, боявшейся темноты.
— Я должна помочь! — сказала Асянта и тут же чихнула: Пчхи-бум! Из её клюва вылетел маленький огонёк, который превратился в светлячка.
— Опять мои эмоции размножаются, — пробормотала она. — Ну ладно, вперёд!
Ёжик Пых подал ей зонтик:
— Возьми. Вдруг мечты начнут капать?
— Ха-ха, — сказала Асянта, но зонтик взяла. — На всякий случай.
Путь к Дереву
Дорога была не простой. Первым испытанием стал Ручеёк Запинайка.
— Кто хочет пройти, должен рассказать шутку! — объявил он, плеща волной, похожей на смех.
Асянта задумалась.
— Почему пчела пошла в школу?
Ручеёк замер.
— Почему?
— Чтобы научиться делать *жуж-жуж-жуж* правильно!
Ручеёк залился хохотом, и мостик из ивовых веток тут же вырос прямо из воды.
— Проходи, смешная птица! — сказал он. — У меня живот болит от смеха!
Следующим встретился Мудрец-Пень Борислав, у которого вместо глаз были два светящихся грибочка.
— Асянта, — прогудел он, — чтобы спасти Дерево Мечты, тебе нужно найти три вещи: каплю утреннего света, песню, которую никто ещё не пел, и… самое главное — одно настоящее «спасибо», сказанное от сердца.
— Это всё? — удивилась Асянта. — Легко!
— Легко — не значит быстро, — усмехнулся пень. — Да и песня… может оказаться не у тебя в клюве.
Асянта вздохнула. Вот это задача!
Капля света и странная тишина
Каплю утреннего света она нашла у Ласточки Лины, которая каждое утро ловила первые лучи в своё гнездо-ложечку.
— Держи, — сказала Лина, протягивая маленькую каплю, сверкающую, как алмаз. — Только аккуратно. Если уронишь — станет пауком.
— Пауком?!
— Ну, не настоящим. Так, паучок-невпопад. Он будет вязать сети из носков.
Асянта осторожно положила каплю в кармашек на оперении.
Но когда она подлетела к Дереву Мечты, вокруг стояла странная тишина. Ни ветра, ни пения птиц, даже муравьи забыли, куда несли крошки.
А на самом верху, где раньше цвели волшебные цветы, сидел… Карандаш.
Не простой. Большой, толстый, с грифелем, похожим на шпагу. И он… рисовал на коре дерева грустные рожицы.
— Эй! — крикнула Асянта. — Что ты делаешь?!
Карандаш обернулся. У него были маленькие глазки и крошечный ластик вместо хвоста.
— Я не вредничаю! — пискнул он. — Я просто хочу, чтобы кто-нибудь заметил мои рисунки!
— Но ты портишь дерево!
— А вы все чем лучше? — проворчал Карандаш. — Вы мечтаете, просите, получаете… А кто мечтает обо мне? Никто! Я всего лишь карандаш. Меня используют, точат, роняют…
Асянта замерла. Она вдруг поняла: Карандаш не злой. Он просто одинокий.
— А ты… ты тоже можешь мечтать, — тихо сказала она.
— Не могу. Я — инструмент. У меня нет сердца.
— А если бы было?
Карандаш задумался. Его грифель слегка потускнел.
— Хотел бы нарисовать целый лес… где каждый лист знает, что он важен.
Асянта улыбнулась.
— Тогда помоги мне спасти Дерево. И тогда… я скажу тебе «спасибо». Самое настоящее.
Песня, которой не было
Они вместе стали искать песню, которую никто ещё не пел.
Асянта запела про радугу, но дятел сказал: «Было!».
Про облака — сова: «Слышала!».
Про зонт из гриба — Пых: «Я сам сочинял!».
Тогда Карандаш тихо сказал:
— А может… песня — это не слова?
И начал чертить на воздухе. Грифель светился, и из линий полилась… музыка. Мягкая, как шуршание листвы, светлая, как роса, и такая новая, что даже ветер замер, чтобы послушать.
— Это и есть песня, которой не было! — воскликнула Асянта.
Она достала каплю утреннего света и капнула её на самый верхний сухой побег Дерева Мечты.
Зазвенело, как тысяча колокольчиков.
И тут Асянта вспомнила про последнее: настоящее «спасибо».
Она повернулась к Карандашу и сказала:
— Спасибо тебе. За то, что ты есть. За твою картину-музыку. За то, что ты помог, хотя никто тебя не просил.
И в этот момент — бум! — из земли хлынули зелёные ростки. Листья зашевелились, цветы раскрылись, а на одной ветке вырос странный цветок: он был похож на карандаш, но с лепестками-лучами.
— Теперь ты — часть Дерева Мечты, — сказала Асянта. — Ты больше не просто инструмент. Ты — художник.
Карандаш покраснел (ну, насколько может краснеть карандаш) и прошептал:
— А можно я буду рисовать мечты?
— Конечно! — засмеялась Асянта. — Только не на коре. А на специальных листочках-желаниях!
Финал с улыбкой
С тех пор каждый, кто приходит к Дереву Мечты, видит новые рисунки на его листьях. А иногда — слышит тихую песню, которую никто не пел, но каждый узнаёт в ней что-то своё.
Ёжик Пых теперь носит не зонтик, а миниатюрную кисточку — вдруг понадобится подправить мечту.
А Асянта по вечерам садится рядом и говорит:
— Спасибо, мир. За каждую маленькую радость. За каждого, кто чувствует себя неважным. За то, что даже карандаш может стать волшебным.
И тогда с дерева срывается один лепесток и уносится ветром — прямо к тому, кто больше всех нуждается в тепле.
💫 🌸 🕊️ 🎨 🌿
