Гном Афанасий шмыгал носом так, будто пытался втянуть весь утренний туман разом. А он был не простой — переливался серебристо-голубым, как будто внутри него кто-то рассыпал крошечные звёздочки. 🌫️✨
— Эх, — вздохнул Афанасий, — если бы я мог хоть чуть-чуть его удержать… Бабушка Зимушка опять простудится, а у неё ведь самое хрупкое горло на свете! Ещё с тех пор, как она случайно чихнула и вызвала метель в июле.
Вдруг из тумана вынырнул маленький пушистый комочек, похожий на клубок облака с глазами.
— Ты чего, Афанасий, шмыгаешь? — спросил он, дрожа от холода. — Хочешь, помогу?
— Это ты, Пухляш? — удивился гном. — А ты куда подевался? Я думал, ты в лесу за грибами!
— Грибы сбежали! — фыркнул Пухляш, который на самом деле был говорящим ежиком, но очень любил, когда его принимают за одуванчик. — Один мухомор сказал: «Мы не хотим быть начинкой!» И все разбежались. Даже мох притворился камнем!
Афанасий рассмеялся, но тут же прикрыл рот ладонью — а вдруг смех спугнёт туман?
— Слушай, Пухляш, — прошептал он, — мне нужно собрать Утренний Туман. Не весь, конечно, только немного — чтобы связать шарфик для Бабушки Зимушки. Она боится сквозняков, а скоро праздник Ледяного Цветка!
— О-о-о! — взвизгнул Пухляш. — Тогда надо ловить туман в банку! Только не в стеклянную — он там сразу грустнеет. Нужна банка из радужной скорлупы!
— А где её взять?
— За Ручьём Звенящих Капель живёт Черепаха Пофеллия. У неё целая коллекция! Но… — Пухляш понизил голос, — она любит загадки. Если не отгадаешь — оставишь вместо банки свой самый тёплый носок.
— Мой лучший носок уже у Ёжика-барабанщика! — воскликнул Афанасий. — Он им бочку затыкал, когда дождь лил прямо в барабан!
— Тогда поторопись! — сказал Пухляш. — Туман скоро растает, а солнце уже потягивается за горами, как котёнок после сна. 😺☀️
Афанасий схватил свой походной мешочек (в котором лежали: полсапога, три пуговицы, записка «Не есть!» и одна смелая мысль), и побежал к Ручью Звенящих Капель.
По дороге он поскользнулся на листке, закрутился, как юла, и приземлился прямо на мягкую подушку из папоротника.
— Ой-ой! — сказал папоротник. — Я не табуретка! Я просто отдыхаю после зарядки!
— Простите! — поклонился Афанасий. — Я тороплюсь за теплом!
— Тепло? — зашептали вокруг листья. — А разве оно не в каждом сердце?
Гном задумался, но не стал спорить. Впереди уже блестел ручей, перебирая воду, как струны арфы. 🎶
На большом плоском камне сидела Черепаха Пофеллия. На голове у неё была шляпка из грибной шляпки, а глаза светились, как две старые добрые лампочки.
— Ага, — сказала она, не открывая рта — голос у неё был внутри, как эхо в пещере. — Пришёл за банкой? Отгадай загадку:
«Летит без крыльев, плачет без глаз,
Тепла боится, но греет каждый час.
Если его не тревожить — он дарит покой,
А если шуметь — улетит за собой.»
Афанасий почесал в затылке. Пухляш шептал: «Воздух! Воздух!»
— Нет, не воздух, — пробормотал гном. — Он не плачет… А может, туча? Но туча не греет…
И тут он вспомнил — как туман окутывает холмы, как мягко ложится на траву, как исчезает, если крикнуть слишком громко…
— Это туман! — выпалил он. — Ответ — туман!
Черепаха медленно кивнула. Из-под панциря она достала банку, переливающуюся всеми цветами утра. Внутри было пусто, но казалось, что там мерцает свет.
— Бери, — сказала она. — Только помни: туман нельзя держать силой. Его можно только попросить.
— Как — попросить? — не понял Афанасий.
— Скажи ему что-нибудь тёплое. Что-то, от чего становится хорошо в груди.
Гном кивнул и побежал обратно к поляне, где ещё держался последний клочок тумана.
Он осторожно подкрался, открыл банку и прошептал:
— Пожалуйста, Утренний Туман… Я хочу сделать шарфик для Бабушки Зимушки. Она так старается, чтобы у нас были красивые инеи на окнах и вкусный горячий чай с мятой. Пожалуйста, согрей её сердце…
И вдруг туман сам поплыл в банку, как будто обнял гнома невидимыми руками. 🤗
— Ура! — закричал Пухляш, подпрыгивая. — Получилось! Теперь вяжи скорее!
Дома Афанасий достал свои волшебные спицы — сделанные из веточек старого Каштанового Деда. Они сами знали, как вязать.
— Ну, давайте, — сказал он. — Шарфик из Утреннего Тумана! Чтобы был тёплый, но лёгкий. Чтобы не кололся. И чтобы менял цвет в зависимости от настроения!
Спицы застучали: тик-так, тик-так — как будто часы веселья.
Нитка тумана вытекала из банки, сверкала, как роса, и тут же превращалась в мягкую, пушистую ткань. Шарфик рос — то голубой, как небо до восхода, то розовый, как первые лучи, то серебряный, как иней на паутинке.
Когда он был готов, Афанасий аккуратно сложил его в коробочку из сосновой шишки и отправился к домику Бабушки Зимушки.
Она сидела у печки, завернувшись в облачное одеяло, и грела пальцы о чашку с хвойным чаем.
— Афанасий! — улыбнулась она. — Как раз вовремя. Сейчас будет важный момент дня.
— Какой?
— Когда солнце касается верхушки ели и говорит: «Я помню, что зима — тоже прекрасна». Вот сейчас… вот… сейчас!
И в этот миг луч солнца упал на шарфик, и тот вспыхнул всеми цветами утра, как будто внутри него снова жил туман.
— Ох… — прошептала Бабушка Зимушка, прижимая шарфик к груди. — Какой тёплый… Хотя он совсем не горячий. Просто… родной.
— Это потому что его вязали с добром, — сказал Афанасий, улыбаясь до ушей. 😊
А где-то далеко, за лесом, Пухляш сидел на пенёчке и рассказывал муравьям историю о том, как один гном поймал туман одной только доброй просьбой.
— И знаете что? — добавил он. — С тех пор каждое утро над домиком Афанасия висит маленькое облачко. Оно не дождливое. Оно просто хочет быть рядом.
